Принцесса Изабелла Коллальто: «Наше отличие — в традициях и утонченности»

27.11.2017

Эксклюзивное интервью Drinks+ с наследницей Azienda Agricola Conte Collalto, принцессой Изабеллой Коллальто

Автор: Погорецкая Мария

Команда Drinks+ совершила вояж по дорогам Просекко. Одной из наиболее ярких точек маршрута стал прием в Винном Доме легендарной семьи Коллальто. Сотрудник Департамента экспорта Джована Алтиниэр провела не только занимательную экскурсию — отметим ее отличное знание русского языка! — но и чудесную дегустацию вин в сопровождении мясных и сырных специалитетов. А в завершение нам предоставилась возможность получить эксклюзивное интервью с принцессой Изабеллой — главой винодельческого хозяйства Azienda Agricola Conte Collalto, Амбассадором Европейских энолого-гастрономических братств, участником Le Donne del Vino и просто очаровательной женщиной.

Drinks.ua: Позвольте начать издалека — в 2004 году, когда не стало Вашего отца, принца Manfredo Collalto, хозяйство Azienda Agricola Conte Collalto перешло к Вам по наследству. Насколько Вы были готовы взять на себя такую ношу? Что оказалось самым сложным в первое время?

Принцесса Изабелла Коллальто (И.К.):

Это была честь для меня, как вы понимаете, но одновременно и вызов — и я немножко испугалась. Потому как мой предыдущий опыт работы на винодельне кардинально отличался от новых обязанностей.

Конечно, я была готова взять на себя эту ответственность, но не владела ни знаниями, ни опытом в управлении винным поместьем. А принимать решения технического характера оказалось самой сложной задачей. В то же время мне очень повезло, ведь я могла полностью рассчитывать на персонал моего отца. Я очень благодарна бывшему энологу и агроному компании. Они оба работали с отцом, а до этого — еще много лет у моего двоюродного дедушки. Они проявили искреннюю готовность помочь мне справиться с совершенно незнакомым для меня миром.

D.ua: Расскажите о своей знаменитой семье, пожалуйста, и об истории винодельни.

И.К.: Моя семья родом из Ломбардии, предки обосновались в Италии еще до 1000 года н.э. Сначала поселились в Тревизо, но после неоднократных атак левого берега Пьяве со стороны вторгавшихся северных племен, приобрели земли на холме Сан-Сальваторе, на которых в XIII веке построили замок с одноименным названием.

Замок и сегодня по-прежнему принадлежит моей семье. Несмотря на то, что он был серьезно поврежден во время Первой мировой войны, мы все еще живем в центре очаровательной деревушки и живописных окрестностей.

Среди моих предков были воины, дипломаты, поэты,

покровители искусства, агрономы

и знаменитая монахиня Благословенная Джулиана Коллальто.

Прочная связь с местными жителями нашего региона — это неизменная нить, объединяющая мою семью с предками. Также семейное — любовь и страсть к этой уникальной земле и ее плодам. Красивые пейзажи с виноградниками, которые вы можете здесь видеть, живописцы часто изображают на своих полотнах — так прекрасны эти места!

Раньше вся винификация ​​проходила в стенах этого замка. Когда законодательные нормы стали строже, а рабочего пространства стало не хватать, в 1904 году был сооружен новый винодельческий завод. Он существует по сегодняшний день. Внешне архитектурный ансамбль остался нетронутым, но современные технологии нашли применение внутри здания. Впрочем, под высокими сводами винного погреба до сих пор хранятся первые баррели, датируемые 1904 годом.

D.ua: Какие вина появились в портфолио уже при Вас?

И.К.: Кому-то покажется парадоксальным: мои виноградники лежат в самом сердце зоны Prosecco DOCG, а я решила экспериментировать с сортами Incrocio Manzoni, имеющими необычную историю. Профессор Манзони, декан всемирно известной Школы энологии в Конельяно, провел несколько экспериментов в начале 1920-х и 1930-х годов. Путем скрещивания нескольких сортов винограда он хотел создать новые гибриды Incrocio Manzoni, которые могли бы лучше сопротивляться здешним неблагоприятным условиям или заболеваниям. Поймите меня правильно: Incrocio Manzoni — это не бленды, а на самом деле новые сорта винограда.

В 2008 году мы посадили эти лозы — результат скрещивания сортов Рабозо Пьяве и Муската Троллингер  Incrocio Manzoni Rosе для выпуска игристого вина Rosе, а в 2011 году — уникальный, редкий сорт Incrocio Manzoni Manzoni Rosa 1-50, скрещенные Треббиано с Траминером, чтобы создать наше вино Rosabianco.

D.ua: Мы слышали, что Rosе было создано в честь вашей дочери, Виолетты. Кто его создавал, какова Ваша роль? Расскажите, пожалуйста, немного больше об этом вине и о дочери — что их объединяет?

И.К.: Когда энолог предложил создать игристое розе, мне очень понравилась сама идея. Прежде чем у него получилось, ему пришлось немного поэкспериментировать. В это время я только приняла управление компанией, и подумала, что небольшое количество розовых тонов добавит сказочности, оригинальности. Поэтому я приняла его предложение. Когда же впервые увидела прекрасный оттенок вина и попробовала его, я не могла придумать лучшего названия для этой бутылки, чем Виолетта! Элегантность, бодрость, живость, обаяние... Все эти черты роднят мою дочь Виолетту и наш образец Incrocio Manzoni Violette!

Вино Collalto Rosе Violette является одним из четырех экземпляров коллекции Incrocio Manzoni, которые мы производим. Это уникальное игристое вино, которого вам нигде более не найти. После мягкого пресса 48 часов идет мацерация на кожице, дальнейший процесс ферментации проходит в резервуарах из нержавеющей стали. Таким образом мы сохраняем характерный цветочный букет с нотами розы, пиона и липы. После первого глотка вы ощущаете свежесть лесных ягод. Вино идеально сочетается с крем-супами, блюдами с лососем или мясом с легким соусом.

D.ua: Представьте, пожалуйста, нашим читателям Вашу команду виноделов — это исключительно итальянцы? Какого рода коррективы Вы обычно вносите в производство?

И.К.: Перемены в команде произошли в начале этого года, когда наш винодел — Адриано Ченедесэ — вышел на пенсию после 43 лет совместной работы. В то же время его заменили два энолога — Андреа Аффили и Давидэ Дзукон.

Андреа работает на винодельне почти 10 лет, большую часть которых провел плечом к плечу с Адриано. Он весьма молод, но уже достаточно опытен. Он зарекомендовал себя талантливым учеником как в энологической школе Конельяно, так и в университете Падуи, а сейчас он предметно изучает винификацию скрещенных сортов Манзони.

Давидэ немного старше, ему почти 40 лет. После того, как Давидэ окончил университет Удине, он много лет работал в прославленных Винных Домах Prosecco, размером побольше, чем мой завод. Мы рассчитываем, что Давидэ продолжит усовершенствовать и без того высокое качество нашей линейки Prosecco.

Я стараюсь не вмешиваться в их творчество, полностью доверяю им, верю в их способность внедрять инновации, уважая наши ноу-хау и традиции.

D.ua: Назовите, пожалуйста, три самые дорогие вина своей винодельни — какова их цена и в чем главные достоинства каждого?

И.К.: Наши самые дорогие вина — это три красных бордоских бленда: Vinciguerra I, Torrai и Rambaldo VIII.

Vinciguerra — отличное красное вино с легкой фруктовой нотой, благодаря Марцемино. Венецианский Марцемино — типичный купаж из винограда, собранного на холмах Конельяно и, будучи оттуда, он классифицирован лейблом DOCG.
Марцемино воспето героем знаменитой оперы Моцарта «Дон Жуан», считалось вином императоров и дожей, титулованных представителей аристократических семей Венецианской Республики. Также в прошлом фермеры подавали купажное вино из Каберне, Мерло и Марцемино на все местные торжества.

Вино Torrai названо в честь одноименного холма рядом с замком Сан-Сальваторе, где мы культивируем Каберне, Совиньон, Фран и Карменер. Это чудесно сбалансированный резерв Каберне, который в декабре 2016 года получил 90 баллов от журнала Wine Spectator, определенно, must have для любителей этого сорта.

Rambaldo VIII — самый прекрасный из наших кюве. Красный бленд Мерло, Каберне и Рефоско — идеальное вино для релаксации вечером у камина, во время которой оцениваешь каждую ноту сложного букета. Отличное вино для особых моментов.

Наши три кюве — не имитация вин Бордо, а изысканное выражение винной культуры нашего терруара — альтернативы, которую, безусловно, стоит узнать.

D.ua: Какие обязанности предполагает статус Амбассадора Европейских энолого-гастрономических братств (European Oenogastronomic Brotherhoods Council)? Какие идеи или проекты осуществляет эта организация?

И.К.: Братство The Confraternita dei radici e fasioi («Братство цикория и бобов», так звучал бы дословный перевод с нашего местного диалекта) было основано в Сузегане. Я разделяю ценности братства, которые распространяются благодаря бесчисленным инициативам. Мой отец действительно восхищался этой организацией, и я полагаю, что разделить с ним эти чувства — это способ воздать должное памяти о нем, а также почтить ценности, в которые он верил.

Цель братства Confraternita — сохранить традиционный рецепт блюда, которое на протяжении веков представляло собой единственную ежедневную пищу для бедного населения региона. А во время местных традиционных фестивалей, для концентрации вкуса и аромата, к рецепту добавляли бекон. Блюдо было не только сытным и питательным, но и вкусным.

Моя семья и я всегда верили в важность сохранения истории и традиций своего народа. Члены братства — волонтеры, энтузиасты из Сузеганы и соседних областей. Они встречаются с другими международными братствами для культурного обмена знаниями и традициями.
Я всегда ощущаю гордость, когда эти встречи проходят в нашем Винном зале, где предостаточно места для проведения конференций, мозгового штурма или обмена знаниями во время трапезы с традиционными блюдами.

На мой взгляд, самая важная ценность братства в том, что оно отдает дань людям прошлых поколений, которые пострадали от голода и тяжелой жизни. Несмотря на дефицит еды, они умудрялись творчески преобразить простые продукты в аппетитные блюда. Наша деятельность — это очередной повод напомнить о необходимости использовать в меню местные, сезонные продукты.

Если подойти к вопросу с совершенно другой точки зрения, наши собрания предоставляют мне прекрасную возможность исследовать, как вина Коллальто сочетаются с блюдами международной традиционной кухни.

И последний, но не менее важный факт, — я бы не променяла ни на что возможность попробовать разнообразие специалитетов! Ну, и я должна признаться, что я сладкоежка...

D.ua: Вы входите в ассоциацию Le Donne del Vino Italian. Каковы цели ассоциации? Какой смысл объединения виноделов по гендерному признаку?

И.К.: Le Donne del Vino — это итальянская ассоциация женщин, так или иначе связанных с винным бизнесом: производители, сомелье, энологи, агрономы, шеф-повары, журналисты или блогеры.

Мы организовываем дегустации, принимаем участие в винных ярмарках и выставках, организуем поездки по Италии и заграницей, чтобы лучше понять различие винодельческих зон, методов работы, способов мышления в «непрерывном диалоге». И еще важный момент: мы помогаем благотворительным организациям.

D.ua: На наш взгляд, сложилась несколько парадоксальная ситуация — просекко, пожалуй, сегодня самое популярное игристое в мире, обгоняющее, согласно статистике, продажи шампанского нижней и средней ценовой ниши. Но при этом, в отличие от Домов Шампани, — той же «Вдовы Клико», очень мало известно о винодельнях зоны Просекко. А здесь ведь тоже — и Ваша династия тому пример — имеются старинные аристократические семейства. С чем, на Ваш взгляд, это связано?

И.К.: Нет никаких сомнений в том, что моя компания является одной из древнейших виноделен в этом районе. В фамильном официальном документе 958 года н.э уже упоминались виноградники. Это повод вспомнить, что винодельческая история семьи, как и всего района, существует с давних времен. Но я бы не стала рассказывать об аристократических семьях в Конельяно или Вальдобьядене, а скорее упомянула бы храбрых, замечательных трудолюбивых людей, которые сумели привлечь международное внимание к благородному продукту и его рейтингам.

Вероятно, вы знаете, что «чудо» итальянской экономики

развивалось в северо-восточной части Италии,

где мы и находимся,

благодаря малым и средним предприятиям.

Многие из них превратились в известных промышленных производителей международной винной арены, но многие так и остались малыми или средними предприятиями семейного типа.

Возвращаясь к приведенному вами примеру, отмечу, что Veuve Cliquot выпускает роскошные коллекции шампанского с 1772 года. Категория вин Champagne AOC была официально принята в 1936 году, но правила, регулирующие производство и качество, были установлены еще раньше, в 1905 году.

С другой стороны, наша категория DOCG — вина, контролируемые по происхождению и наименованию, — значительно моложе. У нас DOCG была принята в 2009 году. Она разработана на основании первоначальной категории DOC, утвержденной в 1969 году. Несмотря на юную историю нашей DOCG, уже происходят чудеса с объемами продаж. Словом, вина DOCG ворвались на международные рынки. Это стало возможно только благодаря винограду Glera, который издавна выращивали для производства вин Prosecco. Помимо местной популярности, отсутствовало понятие официального признания виноградников.

Сегодня обсуждение идеи внесения ландшафтов Конельяно и Вальдоббьядене в Список всемирного наследия ЮНЕСКО находится в центре внимания. Безусловно, такой интерес влияет на повышение репутации и известности региона.

D.ua: Можно ли вообще говорить о едином бренде — Просекко? Ведь винодельни порой отличаются кардинально и по всем параметрам.

И.К.: Мы, конечно же, можем сказать, что существует только одно Prosecco Superiore DOCG, единственный бренд терруара холмов Конельяно и Вальдоббьядене. Аромат и вкус вина может меняться, если сравнивать наши виноградники южной части холмов с Вальдоббьядене, северной и более холодной зоной DOCG. Но что действительно отличает наше Prosecco Superiore DOCG как бренд, это правительственный лейбл DOCG на горлышке бутылки! Он подтверждает, что каждая бутылка Prosecco Superiore происходит из этой самой области; виноград культивируют, винифицируют и разливают в бутылки здесь, следуя нашему традиционному методу Шарма-Мартинотти.

D.ua: Расскажите, пожалуйста, в чем главное отличие Вашей Azienda Agricola Conte Collalto — с точки зрения и виноградарства, и виноделия — от значительной части других производств этой местности.

И.К.: Это просто — традиция и утонченность.

D.ua: Возможно, есть и собственный маркетинговый путь, в чем он заключается?

И.К.: И вновь... в традициях и утонченности.

D.ua: В каких странах продаются Ваши вина, какие из них — лидеры по объемам?

И.К.: Мы работает с рынками США, Швейцарии и Англии много лет. Они и являются традиционными экспортными рынками, лидерами продаж по объему. Южная Америка и Китай — новые страны, заинтересованные в наших винах и культуре и, несомненно, интересные рынки. Для них история имеет особое значение.

D.ua: На какие страны в будущем нацелен экспорт?

И.К.: Восточно-европейские рынки развиваются с бешеной скоростью, их, несомненно, можно отнести к нашим «экспортным планам», как и Южную Корею. Эти страны испытывают весомый интерес к новым продуктам из Европы, особенно в отношении гастрономии и вина.

D.ua: Какие вина Вы предпочитаете, назовите своих фаворитов из подвалов Collalto и, возможно, среди международных производителей?

И.К.: Все зависит от случая, от обстоятельств, от моего настроения... Я люблю Rosé Violette, Prosecco Brut... но также винтажные резервы Incrocio Manzoni и Torrai. Сент-Эмильон является одним из моих любимых винодельческих регионов... Трудно назвать определенного производителя,.. потому что «любимчиков» действительно много!

D.ua: Есть ли виноделы, за которыми Вы следите с интересом? Что именно Вас в их деятельности привлекает?

И.К.: Определенно молодые виноделы. Я всегда восхищена их энтузиазмом к исследованиям: как в применении новых технологий и методов, так и в изучении традиционных методов винификации. Они всем интересуются, придумывают новые идеи, и ничего не принимают, как должное. Мне нравятся амбициозные задачи с вызовом. Это наше будущее!

D.ua: Поделитесь с нашими читателями, какие рестораны Вы посещаете с семьей или предпочитаете обедать дома?

И.К.: Как вы можете догадаться, я часто посещаю рестораны или традиционные траттории — как благодаря профессиональным, так и личным поводам. Мне всегда нравится пробовать специалитеты, будь то в Италии или за рубежом. Но моя любовь к качественным ингредиентам становится настоящей навязчивой идеей. Вот почему я рекомендую вашим читателям выбирать рестораны, где качество ингредиентов является приоритетным. Они будут удивлены, ведь эти места не всегда самые дорогие.

Но поймите меня правильно, я также люблю и дома кушать! В этом случае я готовлю свои любимые рецепты, как правило, что-то очень простое с качественными сезонными ингредиентами.

D.ua: Часто ли Вы путешествуете? Может ли какая-то другая кухня сравниться с итальянской? Ваше любимое блюдо?

И.К.: Я часто путешествую, но во время поездок не ищу, а тем более, не сравниваю блюда итальянской кухни. В каждой стране я пробую традиционные угощения.

Мое любимое блюдо? Их так много, но если бы мне пришлось выбирать одно из них, я бы определенно назвала сашими. Я несколько раз ездила в Японию и узнала, насколько интересной, элегантной, легкой и разнообразной может быть японская кухня. Сашими выглядит так просто, но на самом деле это результат очень тщательной подготовки. К слову, сашими — идеальное сочетание для нашего образца Rosé Violette!

D.ua: Если бы судьба дала Вам право выбора, изменили бы свое призвание? Чем Вы увлекаетесь, чем занимаетесь, чтобы отдохнуть душой?

И.К.: Нет! Я очень довольна тем, чем занята, хотя это и нелегко.

Я чувствую себя расслабленной и счастливой, когда рядом мой муж и дети. Мои дети — это будущее: у них своя энергия, новые идеи, другое образование и знания. Мой муж — мудрый человек. Нас четверо, и мы создали замечательную, «сбалансированную» команду! Когда мы вместе, я понимаю, что мы объединены единой целью, сохраняя и, возможно, улучшая наследие наших предков. Это, действительно, сложный вызов, и в то же время, какая честь быть в этом деле!

 

Фото: Azienda Agricola Conte Collalto

Booking.com

Внимание!

На сайте используются cookie файлы

The site uses cookie files

Данный сайт имеет возрастное ограничение!

This site has age restrictions!

Я подтверждаю, что мне, увы, уже давно исполнилось 18 лет
I confirm that I have 18 years!