Gastronomy and Wine Portal

Кабмин предложил Верховной Раде рассмотреть законопроект № 4536, предлагающий исключить из списка запрещенных к приватизации объектов 374 предприятия. Насколько прозрачной окажется эта новая волна приватизации, не захлебнется ли наш бизнес в очередном испытании? Об этом размышляют первые персоны виноделия страны.

Давно пора было приватизировать алкогольные предприятия. Долгое время в парламенте сидели коммунисты, которые, на мой взгляд, считали, что старая советская алкогольная промышленность – это какая-то высочайшая ценность винодельческой и алкогольной отрасли. Новые заводы уже могли строиться как объекты частного бизнеса, а старые почему-то нельзя было приватизировать. Стратегической важности для государства они не представляли, и это была большая глупость, что еще в первую большую волну – в 90-х – их не приватизировали.
Сейчас это уже даже в какой-то степени неактуально, потому что активы старые и изношенные. А какие-то заводы просто стоят, утратив свои рыночные возможности. Поэтому я даже не знаю, какова, с точки зрения стратегов, будет их ценность. Но, в любом случае, государство – самый неэффективный собственник. Поэтому приватизировать, конечно же, надо.
История самой аренды в нашей стране началась еще в 1989 году, с принятия закона СССР об аренде – это была первая форма проникновения рыночных отношений в нашу тогдашнюю действительность. Украинский закон об аренде появился в 1992 году, потом в него вносились какие-то изменения. Тогда арендаторами выступали организации арендаторов, создаваемые из членов трудового коллектива. Они брали целостно-имущественный комплекс в аренду и на его базе создавали хозяйствующие субъекты. В начале 2000-х,  когда появился новый гражданский кодекс, и была принята новая редакция закона об аренде, такие понятия, как «организация арендаторов» и «арендное предприятие», прекратили свое существование. По крайней мере, в теории юриспруденции. И арендаторами становились только хозяйственные общества, созданные по закону «О хозяйственных обществах». Они перезаключали с фондом госимущества  договор об аренде и арендовали это самое имущество.

За прошедшие годы, – а для некоторых предприятий это более 25 лет, – были наработаны, в том числе, собственные производственные фонды.  Кроме того, арендаторы, в дополнение к налогам, платили арендную плату в бюджет и за счет амортизации обновляли или поддерживали госимущество. Все это обеспечивалось за счет предпринимательской инициативы и тяжелой работы на рынке. Т.е., арендаторы обеспечивали работоспособность предприятий.
В то же время, насколько мне известно, в Одесской области те государственные заводы, с которыми не продлевали договора аренды, – просто прекратили выпуск своей продукции.
Это – Овидиополь, Килия, Сарата. А некоторые госзаводы просто закрылись: к примеру, Ивановка, Татарбунары.
Успех процессов, о которых сегодня идет речь, зависит от того, каким образом и как, насколько продуманно, будет происходить приватизация. Если условием приватизационного конкурса будет сохранение производственного профиля в течение какого-то времени, это может быть отягощающим условием для конкурентов. Если условиями конкурса не будет предусмотрено сохранение производства на этой территории, – это из области страхов – тогда понятно, что ценность будут представлять только территориальные площадки и тогда они могут быть использованы будущими покупателями по-другому. Вместе с тем, договоры аренды будут продолжать действовать. Покупатель и предприятия-арендаторы окажутся в ситуации серьезного конфликта интересов. Могут возникнуть долгоиграющие конфликты с непредсказуемым исходом. Поэтому продуманность процесса приватизации со стороны государства будет играть определяющую роль.

Как будет происходить приватизация? Наверное, в соответствии с действующим законодательством, это ведь не новый закон. Есть законы Украины о приватизации, об аренде, есть  списки предприятий, не подлежащих приватизации. Сейчас в эти списки вносятся изменения, но законодательная база для приватизации будет та же, что есть сейчас. Закон об аренде предусматривает преимущественное право выкупа государственного имущества арендатором, т.е. производителем вина и алкогольной продукции. Это законодательно закреплено, но как это будет происходить, – будет ли государство объявлять конкурс, тендер или будет выпускать акции на свое имущество и каким-то образом продавать эти акции, и тогда это будет совместное владении?… Нам сегодня сложно судить, как это будет реализовано на практике. Остается надеяться, что такая тонкая процедура в такой сложной ситуации, которая сложилась в нашей стране, пройдет в максимально цивилизованном русле.

Если резюмировать, то я считаю, что провести приватизацию арендованных фондов государства без учета интересов арендаторов в нашей отрасли невозможно. Все винодельческие предприятия, все руководители и все арендаторы, которые были на данных производственных площадках на протяжении стольких лет, покупали оборудование, обзаводились собственными активами. Ведь были в нашей истории и хорошие годы, когда много производили и много зарабатывали. Деньги инвестировались рационально. У этих предприятий сегодня достаточно своего оборудования. Мы готовы к цивилизованному развитию процесса приватизации. Жизнь будет продолжаться…

Кабмин предложил Верховной Раде рассмотреть законопроект № 4536, предлагающий исключить из списка запрещенных к приватизации объектов 374 предприятия. Насколько прозрачной окажется эта новая волна приватизации, не захлебнется ли наш бизнес в очередном испытании? Об этом размышляют первые персоны виноделия страны. Давно пора было приватизировать алкогольные предприятия. Долгое время в парламенте сидели коммунисты, которые, на мой […]

Как будет происходить процесс  и будут ли даны преференции для действующих компаний, – об этом сегодня размышляет украинский бизнес.

Владелец бренда «Вина Гулиевых», Президент ОАО «Одессавинпром» Роберт Гулиев объяснил обозревателю  D+, кому выгодно продавать втридорога землю давно работающих частных предприятий.

Против приватизации выступают только коммунисты и менеджмент, откачивающий прибыль с госпредприятий. Все остальные – «за», зная, что в частных руках собственность работает эффективнее, чем в общественных. Вот и мы, акционеры компании «Одессавинпром»,  – обеими руками за приватизацию, которая позволила нам полностью переоснастить  принадлежавшее ранее государству предприятие.  Оборудование, менеджмент, торговые марки и всю производственную инфраструктуру мы создали сами, за счет собственной прибыли. Единственное, что мы не смогли закрепить за собой – землю и недвижимое имущество, которые продолжают оставаться  в собственности государства, или министерств и городских властей, если говорить конкретно. Такой был у нас способ ограничения независимости бизнеса. Частное предпринимательство в общественных стенах, на государственной  земле.

Наконец,  в недрах министерских кабинетов возникает идея продать в частные руки  площади под предприятиями. И предлагается, вроде бы,  прогрессивный механизм такой реализации – через аукционы. Совершенно правильный подход к предприятиям со 100%-ной госсобственностью, но ошибочный по отношению к смешанной.  То есть, винодельческое  предприятие, которое стоит на Французском бульваре в Одессе  полтора века и является собственностью акционеров с 1991 года, теперь должно выйти за ворота со своим персоналом, имуществом, чтобы «на равных» участвовать в приобретении земли по рыночным ценам.  А куда мы отнесем  сотни миллионов гривен, уплаченных нами «за аренду» и в качестве налогов  за годы деятельности?  Куда деться тремстам специалистам, работающим в компании? Кто оплатит десятки миллионов гривен, необходимых  для  демонтажа и вывоза оборудования?  
Боюсь, если аукционный механизм  будет запущен, или  нам дадут  приоритетное право выкупа земли по рыночной, а значит, очень высокой цене, то это приведет к полной остановке завода и большим тяжбам. Сторонникам наполнения бюджета таким способом не мешало бы знать, что  работающий  завод приносит казне гораздо больше  денег, чем продажа земли под его корпусами. Например, за год работы наше предприятие выплачивает в виде налогов 200 – 250  миллионов гривен. Это в три – четыре  раз больше, чем даст аукцион с присутствием самых щедрых участников.  Так кто выиграет от продажи земли под нашими ногами?  
Однажды  нас обокрало государство, заставив выплатить за аренду сумму, которую просто «нарисовали» в правительстве Н.Азарова. Была у них такая мода задним числом издавать указы, по которым потом начислялись «задолженности». Противоправное решение Кабмина  2010 года признали недействительным, но долги с нас не сняли  до сих пор. Объём неправомерного с точки зрения закона и логики иска – 6,5 млн грн.  Не найдя понимания этих вещей в судах, от второй инстанции до верховного суда, (включая высший арбитражный), мы пошли искать справедливость в Страсбургский суд по правам человека. Посещая наши  судебные инстанции, где могли вынести соответствующее постановление, мы не получили ничего обнадеживающего, кроме выжидательных взглядов судей, привыкших к встречным предложениям…
Вот так на сегодняшний день  складываются взаимоотношения в деле приватизации, инструмента, который везде в мире приводит к повышению эффективности собственности в экономике.  Настораживает  келейность  согласования закона. Все знают: есть проект, но никто не ознакомлен с его текстом. Согласования в комитетах он тоже не проходил, и  в профсоюзах его  не видели! Разве  подковерное законотворчество поможет нашей экономике выйти из кризиса?  В нашей отрасли это приведет  к дополнительной нагрузке на работающие компании и никак не  повлияет на персональную ответственность чиновников за принятые им решения и совершенные ошибки.
  Не думаю, что за такими действиями стоит само государство, то есть Кабинет министров, провозгласивший курс на всестороннее содействию бизнесу. Скорее всего,  тут  присутствуют  групповые и личные мотивы людей, желающих  перераспределить собственность в своих  интересах. И приватизация  в таком стиле, естественно,  пополнит бюджеты,  – но только не государственные. 
 

Как будет происходить процесс  и будут ли даны преференции для действующих компаний, – об этом сегодня размышляет украинский бизнес. Владелец бренда «Вина Гулиевых», Президент ОАО «Одессавинпром» Роберт Гулиев объяснил обозревателю  D+, кому выгодно продавать втридорога землю давно работающих частных предприятий. Против приватизации выступают только коммунисты и менеджмент, откачивающий прибыль с госпредприятий. Все остальные – «за», […]

Представим соревнования прыгунов, где каждый атлет устанавливает планку высоты по своему усмотрению.  Все ее «берут»  – и все рекордсмены.  Один –  с трудом  преодолевая два метра,  а другой, слегка поднимая ногу на 30 сантиметров. Это метафора конкуренции в виноделии, если из правил, по которым живет сейчас отрасль, уберут минимальные розничные цены. Сейчас  они – единственный фактор, обеспечивающий равные условия  для работы всех участников рынка.
Не знаю, кто инициировал идею отменить практику  МРЦ именно сейчас, но уверен – явно  не сторонники европейских традиций.  И вот почему. 
С формальной точки зрения,  установленный государством  нижний предел уровня цен на вино в розничной торговле  – пассаж. Но  что, кроме него, стимулирует производителей  натурального вина?  Уберем МРЦ  – пострадает качество украинского вина. Потому, что законодательство не ответило на главный вопрос для отрасли и потребителей ее продукции: как отличить вино от винного напитка? Как запретить изготовление так называемых вторых вин, где отходы виноделия, сахар и фантазии технологов создают  напитки ниже стоимости бутылки, этикетки и килограмма винограда?
Не в том смысл европейских традиций, чтобы увеличивать число прыгунов за счет понижения  планки стандартов, роль которых  пока исполняют  МРЦ. Давайте сначала примем  законы против демпинга,  правила  маркировки вин, систему контроля их качества и происхождения, независимые   лабораторные  исследования  в розничной торговле и многое другое, что делается во всех винодельческих станах. Но сегодня у нас нет ни антидемпингового законодательства, ни  методов  классификации того, что выпускают производители алкогольной продукции.
Нельзя идти к высокому уровню качества в отрасли, создавая преференции для нижнего ценового сегмента – одновременно  с проблемами для среднего. Потому, что недобросовестная конкуренция,  против которой нет реальных механизмов борьбы, вытеснит с рынка не худшие товары, а лучшие.  Вот почему сохранение МРЦ – не просто прихоть людей, производящих вино  по европейским технологиям, это их шанс оставаться на рынке  в альтернативной  команде. Не все же любят проводить вечера  за литровым пакетом  крепленого от души  «напитка богов»…
Фото: kontrakty.ua

Представим соревнования прыгунов, где каждый атлет устанавливает планку высоты по своему усмотрению.  Все ее «берут»  – и все рекордсмены.  Один –  с трудом  преодолевая два метра,  а другой, слегка поднимая ногу на 30 сантиметров. Это метафора конкуренции в виноделии, если из правил, по которым живет сейчас отрасль, уберут минимальные розничные цены. Сейчас  они – единственный […]

Будут ли даны преференции для действующих компаний или приватизация станет  очередным трамплином для коррупции – об этом сегодня размышляет украинский бизнес.

Свое видение процесса приватизации в стране представил Дмитрий Шолудько, Глава производственного департамента Global Spirits («Одесский коньячный завод», ЛВЗ «Хортиця», Полтавский ЛВЗ). Опыт и история показывают, что наше государство в редких случаях становится эффективным собственником. Чаще видим обанкротившиеся и замешанные в коррупционных схемах предприятия.

Заводы, которые вносят реальный вклад в экономику, развиваются благодаря частному высокомотивированному менеджменту, грамотно выстроенной системе управления и инвестициям. Поэтому в приватизации предприятий мы однозначно видим позитив. Приватизация – это превентивная мера борьбы с коррупцией. А также новые возможности для развития производства – она упрощает и ускоряет процесс модернизации устаревшей технологической базы предприятий, которая зачастую находится в собственности государства.

Другой вопрос, что сама процедура приватизации прописана не идеально. Необходимые поправки должны быть подготовлены к моменту принятия законопроекта во втором чтении. Государство должно гарантировать права нынешних арендаторов, которые в течение многих лет обеспечивают стабильную работу заводов, создают рабочие места, выплачивают заработную плату и наполняют госбюджет налоговыми отчислениями.

В случае, если приватизация не учтет интересов работодателей и работников, ее последствия будут катастрофическими и приведут к гибели отрасли. Многие предприятия и известные торговые марки будут вынуждены уйти с рынка, а сотни специалистов останутся без работы. И это, в свою очередь, минимизирует поступления в бюджет. Самой уязвимой в данном случае является коньячная сфера. Единичным производителям коньяка по классической технологии уже сейчас приходится жестко конкурировать с обычными боттлерами, которые занимаются розливом по бутылкам дешевых импортных коньячных спиртов. В случае смены собственников и потери технологической базы восстановить производство до прежнего уровня будет практически невозможно.

Для того, чтобы приватизация стала новым импульсом для экономики, она должна пройти открыто, прозрачно, в рамках правового поля и с соблюдением приоритетного права существующих арендаторов. Только в этом случае государство может рассчитывать на развитие производства, приток новых инвестиций и увеличение поступлений в бюджет.

Будут ли даны преференции для действующих компаний или приватизация станет  очередным трамплином для коррупции – об этом сегодня размышляет украинский бизнес. Свое видение процесса приватизации в стране представил Дмитрий Шолудько, Глава производственного департамента Global Spirits («Одесский коньячный завод», ЛВЗ «Хортиця», Полтавский ЛВЗ). Опыт и история показывают, что наше государство в редких случаях становится эффективным собственником. […]

Заместитель генерального директора Messe Dusseldorf Moscow, руководитель проектов, раскрыл шеф-редактору медиа-группы D+ Марине Маевской, как достигла необыкновенного успеха выставка ProWein и куда планирует двигаться дальше.

D+: Михаэль, расскажите, пожалуйста, о факторах успеха ProWein – самой востребованной винной выставки в мире.
М.М.: Хороший вопрос. Скажем так. В Дюссельдорфе есть несколько выставок, которые родились 30-35 лет назад. Есть и такие, которые  имеют историю с 1950-х – переработка пластмасс, например, но  об этом мы сейчас не говорим. У ProWein такая история. Есть у нас выставка Boot – лодки, яхты, катера. Все виды водного спорта на берегу Рейна. Причем здесь Дюссельдорф к яхтам, катерам, парусникам? Все это ассоциируется с портовым, морским городом – Гамбург, Киль или Форт-Лодердейл во Флориде, Генуя в Италии… Когда-то выставка начиналась с одного павильона, а сегодня это самая масштабная выставка лодок, катеров, яхт, байдарок, дайвинга и всего вокруг водного спорта. Это эффект снежного кома – сначала он маленький. Первый ProWein прошел в 1994 году, когда еще был InterWein во Франкфурте и вино как раздел на Anuga. С другой стороны, куча фестивалей и мелких выставок, предназначенных именно для конечного потребителя. Сегодня, например, они проходят в каждом большом и среднем городе Германии, как и в других странах. Это часть винного туризма – ярмарки, выставки средних и мелких виноделов одного региона, страны. Иногда они объединяются и едут по всей стране, например, с музыкой, едой. В свое время была проблема с тем, чтобы определиться между конечными потребителями – любителями вина, и профессионалами. Как во всей Европе и в Украине, России, винопитие не всегда было атрибутом высокой гастрономии, тогда как в винодельческих регионах – Испании, Франции, Италии, вино – это святое.
Расширение ассортимента вин, разнообразие вкусов, развитие винопития как культуры, развитие виноделов, развитие эногастрономии  –  эти факторы привели к необходимости создания платформы, где могли бы встречаться специалисты. Начали с Франкфурта, но потом перебрались в Дюссельдорф. Главное в ProWein то, что это платформа для средних и крупных винодельческих хозяйств, плюс дистрибьюторов, импортеров Старого и Нового света, для четко определенных встреч специалистов, розничной торговли, гастрономии. Добавлю, что в Германии 50% вин реализуется через продуктовый ритейл.  Есть не более 10 крупных продуктовых сетей. Специализированный же ритейл, как винные бутики, появился недавно. Даже в Европе бутики появились лет 20 назад. До этого ассортимент  был в продуктовом ритейле, больших супермаркетах, и всегда, конечно, в гастрономе.
В это же время развивалась и энология, появлялись не только новые вкусы, но и подходы, как, например, биодинамика. Все эти факторы привели к тому,  что требовалась большая профессиональная платформа.
ProWein начинался с одного павильона и 450 экспонентов уже в 1994 году – а сейчас у нас 10 павильонов, в которых размещается 6200 экспонентов из 59 стран мира, количество посетителей превысило 50 тыс. Мы развивались по четкой концепции – отсекали конечного любителя вина, дав доступ только специалистам, закупщикам, сомелье и т.д. Выставка всегда состоит из предложения – это экспоненты, и спроса – это посетители.  И их нужно привести в баланс. Потребовать квалифицированное предложение и дать квалифицированный спрос с рекламой и привлечением классических и новых каналов сбыта – специализированные винные магазины, консультанты, сомелье, не только из Германии, но и соседних стран. Также приглашаются для участия винодельческие сообщества, кооперативы, ассоциации сомелье, кулинаров, гостиничный бизнес и те, кто занимается обучением, и, конечно же, журналисты. Мы собираем важнейших винных журналистов мира и после выставки везем на 2 дня в тур по ближайшим винным регионам. Важно балансировать между этими гранями, тогда все получится. Никто не думал, что Дюссельдорф станет самой значимой винной выставкой мира.
Кстати, у нас на выставке представлены также и винные аксессуары и крепкий алкоголь. Но он не превышает 10% от общего числа экспонентов. Этот раздел не развивался сразу, и сейчас развивается очень постепенно, главный акцент все-таки на вино.
Концепция выставки четкая – для специалистов в области производства и сбыта вина, виноделов и дистрибьюторов, винодельческих сообществ, кооперативов. Поскольку производство вина выросло, потребление растет, требуется четкое место встречи. В этом, пожалуй, и состоит секрет. Но нужно включить и  посредническое звено –  ассоциации сомелье, кулинаров, гостиничный бизнес, тех, кто занимается обучением винным знаниям и промоутирует культуру, плюс специализированные журналы, с которыми мы всегда работаем в тесном контакте. Если сбалансированно продвигаться в этом пятиугольнике,  тогда у тебя это получается.
Все вместе за эти годы позволило выработать действенную концепцию. За 20 лет, которые я живу с этой выставкой, мы минимум 30-40%  площади прибавили. В течение двух последних лет мы занимаем 10 павильонов, причем один отведен под Австрию, полтора – под Францию, полтора – под Италию. В целом, 70% стендов – это страны Старого света. Они с каждым годом просят увеличивать площадь, например, грузины сейчас хотят со 100 до 200 м2 повысить. Венгры имеют 300 м2 и хотят больше. Но мы придерживаемся концепции постепенного, сдержанного роста, где соответствует друг другу предложение и спрос. Есть формула – на каждый кв. метр нужен минимум 1 посетитель – у нас 50 тысяч метров и 50 тысяч посетителей. Будем резко увеличивать – не успеем провести рекламную кампанию и обеспечить нужное число посетителей, согласно этой формуле. Ведь нам нужны дистрибьюторы, сомелье и СМИ из Азии, Северной Америки, Австралии. Я собираю группы международных журналистов. Мы делаем акцент на США, Канаду, Азию, чтобы промоутировать ProWein.
Если у нас большой спрос, мы должны ему  соответствовать и обеспечивать посетителями. У нас всегда было недостаточно места.

D+: Как выбирается рынок для проведения новой выставки?
М.М.: У Мессе Дюссельдорф есть сеть представительств, отвечающих за определенные рынки – отделения есть в Москве, Индии, Сингапуре, Шанхае, Японии, США. Мы смотрим по главным рынкам и видим, что Китай – динамично развивающийся. Многие хотят продавать в Китае. Решение связано с двумя факторами – наши местные сателлиты есть в Шанхае и у нас не только дочерняя компания, но и доля в сингапурском выставочном комплексе: немцы имеют долю 50% и 50% у китайцев. При этом 50% немецких между собой делят Дюссельдорф, Мюнхен и Ганновер.
В Китае ProWine China проходит вместе с  Food and Hotel China. Концепция та же, что и в Сингапуре, но в целом чуть меньше – 5 павильонов. Это профессиональная концепция, т.е итальянцы, испанцы знают, что выставки проходят под одной крышей, и таким образом их проще привлечь. Хотя это и не просто.
Справедливости ради замечу, что в Китае множество выставок вина. Но ProWine China уже заработала хорошую репутацию. Направленная четкая рекламная кампания прошла по всем каналам сбыта. У ProWine ASIA такой же расклад, но Food and Hotel Asia более сегментирована по продуктам, плюс конкурсы бариста, кухни и т.д.
Итак, есть 3 предпосылки – рынок, который вызывает интерес у виноделов и дистрибьюторов, наличие дочерней компании и параллельно существующая выставка такого типа, как  Food and Hotel China. После того, как мы 2 раза провели выставку в Шанхае, мы присматривались к Сингапуру. Мы сошлись с англичанами и стали работать. Так родилась ProWine ASIA. Но не отдельно стоящая, а в сотрудничестве. Даже несмотря на то, что масштабы самой винной выставки Сингапура были в 2 раза меньше, чем в Шанхае, но все прошло весьма неплохо. Согласно опросу экспонентов, на 85% мы оправдали ожидания. 
Пользуясь случаем, хочу сделать анонс: мы решили в рамках такого же сотрудничества провести ProWine Asia Hong Kong в мае 2017 тоже. Она, как и сингапурская выставка, тоже будет проводиться раз в 2 года и тоже в рамках сотрудничества с нашими английскими партнерами – выставкой продуктов и решений для HoReCa –  Hofex.

D+: Расскажите, как Вы попали в бизнес – из мира вина? Или из мира экспо?
М.М.: Я родился в Восточной Германии. Работал во внешней торговле и попал на выставку в Кельне как руководитель коллективного стенда – около 200 м2 и так заразился выставочным вирусом. А с 1995 года я начал работать в офисе Мессе Дюссельдорф в Москве.

D+: Что бы Вы посоветовали компаниям, которые хотят выйти на рынок Китая?
М.М.: В общем могу сказать, что китайцам все интересно, ограничений нет – ни по ассортименту, ни по цене. Наши исследования показали, что вино у китайцев ассоциируется со здоровым образом жизни, изысканностью, западным стилем жизни. В почете люкс и бренды среднего сегмента. Но учтите, что на рынок повлияла борьба с коррупцией, дорогие вещи теперь приобретают с опаской. Особенно сложно в массовом секторе. Но по-прежнему хорошо продвигаются белые вина, розе, игристые и вина с пониженным содержанием алкоголя. При этом вино для китайцев – социальный напиток, они заказывают его в ресторанах, клубах, караоке, распивают на вечеринках. Индивидуальное потребление вина – только зарождается как тренд среди нового поколения. Молодежь интересуется винным образованием и чаще покупает вина онлайн. Несмотря на это, ценность бренда здесь все еще доминирует над вкусом и ценой, важна внешняя сторона процесса. Однако появилась чувствительность к ценам.  Импортные вина присутствуют на рынке главным образом в он-трейде, а поставщики, даже крупные ритейлеры, непостоянны. Набирает рост сегмент онлайн-продаж. Однако спрос и рекомендации стимулируют их интерес. Ценообразование непредсказуемо и непрозрачно. Часто оно зависит от схемы продаж дистрибьютора, нет унификации, и на наш взгляд, оно может казаться нерациональным. Хотя в целом наблюдается падение маржи, стремление больше продавать, чтобы заработать на меньшем проценте.
В бизнесе много притворства, блефа, это важная составляющая спроса в том числе. Маркетинговые стратегии, так же как и бренды, копируются моментально.
Чтобы этого избежать, важно зарегистрировать бренд и все сопутствующие тексты перевести на китайский. Подготовить экспортную документацию. Успешны эксклюзивные SKU. Поэтому есть смысл создавать марки специально для Китая, и в любом случае название вина нужно проверить на местный «феншуй». Чтобы вас не обманывали, нужно находиться в постоянном контакте с партнером и действовать пошагово. Не ведитесь на моментальный большой успех. Постоянная коммуникация многое делает явным. Также приготовьтесь напиваться с партнерами – чтобы увидеть их истинное лицо. Социализируйтесь, приезжайте в гости, собирайте факты.
Еще нужно быть готовым к тому, что что-то пойдет не по плану. У китайцев есть такое выражение – Jihua buru bianhua!!! Изменения идут быстрее, чем план, так сказать, «пожар пошел не по плану».  В этой ситуации не нужно ждать, что что-то вернется на круги своя, нужно быстро оценивать ситуацию и принимать решения. Контакты, планы, цифры – это все существует только на бумаге. Нужно все время включаться в ситуацию и адаптироваться. Но думайте дважды. В Китае, сказав А, не обязательно говорить Б (и вряд ли вам скажут!). Просто будьте все время включены в ситуацию, получайте информацию, заведите друзей. Несмотря на сложности, планируйте долговременно, просто будьте при этом гибкими. Не существует единственно верной бизнес-модели. Но в любом случае, портфолио лучше диверсифицировать. Терпение, построение стратегии и отношений, рассчитанных на продолжительность, вклад в винное образование – вот некоторые ключи к успеху. Ведь у ProWein получилось выйти на этот рынок и работать на нем – шансы есть у каждого.

Заместитель генерального директора Messe Dusseldorf Moscow, руководитель проектов, раскрыл шеф-редактору медиа-группы D+ Марине Маевской, как достигла необыкновенного успеха выставка ProWein и куда планирует двигаться дальше. D+: Михаэль, расскажите, пожалуйста, о факторах успеха ProWein – самой востребованной винной выставки в мире. М.М.: Хороший вопрос. Скажем так. В Дюссельдорфе есть несколько выставок, которые родились 30-35 лет назад. […]

На самом деле, имя руководителя департамента вина аукциона Sotheby’s , Мастера вина Серены Сатклифф известно всему винному миру. Но что, кроме имени, мы знаем об этой выдающейся личности? D+ взял у г-жи Сатклифф интервью и расспросил обо всем – о жизни, о том, как отбирают образцы вин для аукционов, о сближении французского виноделия с английским и многом другом.

D+: Серена, говорят, в винном бизнесе Вы оказались волею случая: на должности переводчика с французского в ЮНЕСКО и НАТО, увлеклись энологией и вот становитесь второй женщиной в истории винного мира, после Сары Морфью Стивен, которая добилась степени Master of Wine. Как это происходило?

Серена Сатклиф: Я всегда была чувствительна к ароматам, нюансам вкуса. Джае выезжая просто на природу, могла, закрыв глаза, наслаждаться не ландшафтами и пейзажами, а палитрой запахов – трав, реки, цветов. И мне было интересно раскладывать эту гамму по крупицам, определяя знакомые ароматы – в духах, еде, вине. Зато, когда уже училась на Master of Wine, прошла этот курс в два раза быстрее, хотя, признаюсь, мне, как женщине, сначала пришлось туго.

D+: А еще Вам удалось стать единственной персоной в винной торговле Британии, награжденной орденом Почетного Легиона. Это очень почетная награда за популяризацию в Британии французского виноделия. Если взять во внимания историческое соперничество этих двух стран, то подобная миссия выглядит особо сложной, а ее результат – особенно важным. И, как нам кажется, нынешние интеграционные процессы между этими странами (достаточно вспомнить недавно анонсированное намерение Дома Taittinger делать вина в Англии) – также имели в основе в том числе и Ваши усилия.

С.С.: Правда, этот орден для меня особенный. Уже хотя бы потому, что остальные удостоенные его персоны – выдающиеся люди нашей эпохи. И, конечно, потому, что я очень люблю Францию.

D+: Серена, сегодня многие уходят в онлайн торговлю Но Вы, насколько нам известно, считаете, что залы аукционов никогда не опустеют. Что дает Вам такую уверенность?

С.С.: Я уверена, что живые аукционы всегда будут в моде: это особенное, торжественное, динамичное и азартное событие. Вы бы посмотрели на настроение публики на торгах в Нью-Йорке и Гонконге! Этого не даст никакой онлайн. Хотя, разумеется. Не хочу преуменьшать важность онлайн торгов с точки зрения бизнеса, продаж. Мир становится глобальным и такая форма экономит байерам время.

D+: Если сравнивать «живые» и on-line аукционы, какая форма приносит наибольший вклад в оборот винного департамента Sotheby`s?

С.С.: Сложно так судить. И не совсем корректно: все зависит в первую очередь от степени интереса к лотам, от значимости самих вин.

D+: Какова структура винного департамента Sotheby’s?

С.С.: В Лондоне, Гонконге и Нью-Йорке действуют наши офисы, мы отбираем образцы, профессионально вникаем во все детали. Работа винного департамента Sotheby’s – на 100% командная работа. Это наше главное отличие и преимущество.

D+: Расскажите об особенностях торгов в том или ином представительстве Sotheby’s.

С.С.: Пожалуй, отличие в том, что Нью-Йорке продаются американские винные коллекции, в Англии – это самые звездные образцы Европы. А в Гонконге с молотка уходят и те, и другие.
Сегодня для успеха важно умение мыслить глобально и выстраивать байерские стратегии так же.

D+: Каким образом Вы находите достойные винные коллекции, по какой системе отбираете, как проходит проверка подлинности?

С.С.: На то мы и профи, чтобы знать эти винные места. Хотя случается, к нам обращаются с предложением владельцы винных раритетных образцов и коллекций. В любом случае мы очень тщательно проверяем подлинность коллекции, изучаем ее происхождение. Эта работа требует суперквалификации, ответственность огромна: ведь чем выше цена бутылки, тем выше вероятность подделки.

D+: Винный департамент Sotheby’s приносит аукционному Дому в год порядка 60 млн долларов, насколько нам известно. А самым рекордным событием, который, кажется, до сих пор никто не затмил, является проведенный Вами аукцион 1999 года, когда было продано лотов на 14,4млн долларов. Можете припомнить рекордно успешные торги?

С.С.: Да, это бы звездный час! Впрочем, были и другие успешные аукционы. Достаточно назвать представленный в Лондоне сет The Andrew Lloyd Webber Wine Collection. Тогда был установлен настоящий мировой рекорд: продалось свыше 18 000 бутылок и заработано $6млн. Или вспомню Гонконг – аукцион в октябре 2010г. Выставлялся Chateau Lafite и, представьте, мы достигли ценового рекорда за стандартную бутылку: Chateau Lafite урожая 1869 года продан за $232,692.
К примеру, в 2006 году в Нью-Йорке удалось продать рекордное число – 50 кейсов – Chateau Mouton Rothschild 1982 за рекордную общую сумму: $1,051,600. Или вот – в феврале 2007 на нью-йоркском Sotheby’s жерабоам Chateau Mouton Rothschild 1945г. принес $310,700. Еще одна удача: в Лондоне в октябре 2013 года презентовалась байерам Lacoste-Loubat замечательные вина-жемчужины Правого берега: Latour a Pomerol, Chateau Petrus и La Fleur. Тогда же, на азиатских торгах ажиотаж среди коллекционеров вызвала подборка исторических вин Domaine Clarence Dillon: Chateau Haut-Brion, Chateau Quintus и Chateau La Mission Haut-Brion. Вполне предсказуемой удачей, и даже превысевшей ожидания, стал гонконгский аукцион с коллекцией The Andrew Lloyd Webber, проданной в январе 2011 года: вина были реализованы за $5.6 млн). Можно сказать, что звездным для нас стал и апрель 2013 года, когда Sotheby’s выставил на торги The elBullicellar и одновременно аукционы в Гонконге и Нью-Йорке собрали суммарно $2.7млн.

D+: Может в двух словах описать перспективу винных аукционов?

С.С.: Уверена, рынок будет становиться интереснее за счет глобализации. Он продолжит развитие, хотя будет, как и всем отраслям винного бизнеса, непросто. Сегодня на рынке работает много классных экспертов, но останутся на нем тольо самые авторитетные.

На самом деле, имя руководителя департамента вина аукциона Sotheby’s , Мастера вина Серены Сатклифф известно всему винному миру. Но что, кроме имени, мы знаем об этой выдающейся личности? D+ взял у г-жи Сатклифф интервью и расспросил обо всем – о жизни, о том, как отбирают образцы вин для аукционов, о сближении французского виноделия с английским […]

Основатель «Шампанерии Х&Х» Вардкес Арзуманян:

 
D+: Почему выбрали шампанское как основу для открытия нового заведения?

В.А.: Шампанское – это традиция, которая у многих ассоциируется с праздником, яркими событиями, хорошими эмоциями. Шампанское – это повод для встречи, общения, такое, можно сказать, связующее звено. А это уже определенная аудитория симпатичных людей. Вообще, замечено, что люди, не пьющие водку и пиво, очень симпатичны и относятся к еде по-особому. К тому же, это просто –  вкусный напиток с богатой историей и очень интересным процессом рождения. Ну, и самая главная причина – это создать таким образом новый виток развития украинского рынка игристых. Ведь, как ни странно, казалось бы, категория игристых вин есть, но по факту не всегда и не до конца понятно, что под именем «шампанское» предлагает отечественный производитель.

 
D+: Как публика восприняла новый формат? 

В.А.: Она не могла воспринять плохо, потому что именно для них и создавалась «Шампанерия». Мы просто собрали всех симпатичных людей в одно место. Мы знали, чему они могут обрадоваться, и что может их огорчить. Мы за ними наблюдали 20 лет. Их радует табличка в зале, которая сообщает о запрете присутствия водки. Их ни сколечко не огорчает запись в меню о том, что мы не приветствуем распитие пива в этих стенах. Так что в городе достаточно быстро возродилась традиция «сходить на шампанское».
 
D+: Какими были вложения, можно ли уже говорить об отдаче? Оправдались ли Ваши ожидания?

В.А.: Экономика заведений с продажами по бару свыше 30-40% имеет совершенно другую «отдачу». Мы понимали все риски, которые нас ждут. Понимали, что с продажами более 60% по бару априори не получится иметь возможности большого производства и обслуживания официантами. Но желание рискнуть и выпить шампанского в нашей же «Шампанерии» превалировало над строгим соблюдением правил и цифр. Время показало, что мы не ошиблись. И сегодня мы являемся наибольшими продавцами шампанского в Украине, а это порядка 800 литров в месяц. Имеем запоминающийся сервис и вкусное меню, состоящее всего из двух позиций. Хочу заметить, что «Шампанерия» – это единственное помещение, которое находится у нас в аренде, но и при всем при этом, расчеты показывают, что вложенные средства мы вернем в течение года. Впрочем, время покажет.

D+: Почему гастрономическая часть была выбрана в пользу такого нетрадиционного сочетания с шампанским? Это – попытка сделать заведение более демократичным?

В.А.: Скорее, это была попытка сделать заведение понятным. Мы выбрали всего два блюда, над которыми очень долго и скрупулезно поработали. Я объездил почти всю Грузию в поисках идеального хачапури и в Батуми наконец его нашел: хачапури по-аджарски, подаваемый без мякиша. Это именно то, что нужно было нашей симпатичной аудитории, которая следит за своим здоровьем и внешним видом. Далее начались приключения с сырами. Нам не удалось найти во Львове подходящий сыр и мы стали делать его сами. Но парадокс: произведенный нами сыр обходился дороже, чем у поставщика. Но это были правильные сыры, сделанные из отборного молока правильной жирности, и, конечно же, сделанные с душой и любовью. Параллельно мы нашли в Грузии очень интересные вина, которые дополнили наш искренний посыл аудитории. В целом, мы преследовали одну цель: быть понятыми, а для этого надо,  чтобы все было просто. Сегодня у нас в меню всего два салата, около 10-ти видов хот-догов и столько же хачапури. А из напитков много разного шампанского и только грузинские вина, и больше ничего. 

D+: Что для Вас самое главное в данном проекте? Это просто бизнес? Драйв? Или что-то еще?

В.А.: Знаете, драйв  – нехороший двигатель для ресторанного бизнеса, тут, скорее, –желание кому-то конкретному сделать приятно. И это желание начинается с заботы о нем. Я постарался угодить тем людям, для которых открыл шампанерию. И этого же я придерживался и придерживаюсь во всех своих четырех заведениях. У меня не получаются рестораны за месяц и тем более по пять ресторанов в год.

Основатель «Шампанерии Х&Х» Вардкес Арзуманян:   D+: Почему выбрали шампанское как основу для открытия нового заведения? В.А.: Шампанское – это традиция, которая у многих ассоциируется с праздником, яркими событиями, хорошими эмоциями. Шампанское – это повод для встречи, общения, такое, можно сказать, связующее звено. А это уже определенная аудитория симпатичных людей. Вообще, замечено, что люди, не […]

 Людмила Волок

Александр Щуровский, генеральный директор Marussia Beverages Ukraine:

Возможно, наша компания – приятное исключение, но, должен отметить, что поставки нашей продукции в Украину существенно не сократились.

Снижение по некоторым наименованиям вин были вызваны избыточным товарным запасом, который образовался у компании в декабре 2014 года. В целом, продажи торговых марок «Тамада» и «Старый Тбилиси» в 2015 году, по сравнению с 2014-м, имеют даже небольшой прирост. Это вызвано, на наш взгляд, тем, что на протяжении достаточно длительного периода продукция компании GWS была лидером на рынке и наши грузинские вина имеют высокую лояльность среди потребителей. В отношении других рынков – наши бренды продаются более, чем в 20-ти странах мира, в т.ч., конечно же, это Китай, Россия, Великобритания, Франция, Польша. Как вы знаете, вино «Тамада» можно увидеть на всемирно известной выставке вина в Лондоне «Винополис», в зале, который называется «Колыбель вина». Кроме вышеназванных марок, у нас в портфеле есть грузинское игристое ADAMANTI от GWS, а также вина ультра-премиального уровня торговой марки «Шато Мухрани».

Ценовая и ассортиментная политика выстроена таким образом, что мы покрываем все сегменты рынка грузинских вин полностью. И даже если вы захотите попробовать что-то эксклюзивное, то у нас вы найдете и дефицитное «Шавкапито», и редкое для Грузии розовое – «Тавквери». В целом, мы понимаем, что наибольший удар по экспорту вин грузинские компании получили в России и в Украине, где курс национальной валюты обвалился и резко снизилась покупательская способность. Наверняка, статистика это покажет.

После России, украинский рынок был второй по приоритету для грузинских алкогольных компаний. Сейчас же наш рейтинг как страны может снизиться. Макроэкономическое положение крайне негативно, и понятно, что главным вопросом для компаний-импортеров является вопрос выживания.

Мы же просто упорно работаем, у нас сплоченный коллектив профессионалов, мы выстроили систему, при которой каждый наш шаг, касающийся продвижения вин «Тамада» на рынке Украины, должен быть эффективен. Мы имеем надежных партнеров в стране, крупные торговые сети понимают потенциал нашей продукции и наши переговоры являются конструктивными, за что им нужно сказать большое спасибо. К тому же, качество продукции повышается ежемесячно, как вы знаете, завод GWS имеет ряд преимуществ по сравнению с нашими конкурентами. Так, у нас в ассортименте нет «пустых брендов», которые опираются только лишь на рекламную поддержку (все мы знаем производителей, которые даже своих виноградников не имеют, а числились в лидерах рынка!). Понятно, что они сейчас существенно теряют свою долю. На их фоне можно хорошо выглядеть, хотя я не назвал бы это нашим успехом. Давайте дождемся окончания года.

После российского эмбарго, естественно, вырос экспорт грузинских напитков в Европу и Китай. Среди остальных экспортных перспективных рынков, лично я бы, выделил Казахстан и США. Думаю, в первую очередь, это связано напрямую с упорной и продуктивной работой ряда солидных грузинских компаний над повышением качества, а также тем, что серьезные европейские специалисты, – как виноделы, так и чемпионы мира среди сомелье, – признают высокий потенциал грузинских вин. Кстати, на этом фоне заявления некоторых украинских деятелей о невысоком качестве грузинских вин, звучат как-то неубедительно и даже странно. Мы продолжаем продвижение грузинских вин на экспортных рынках, принимая участие во всех значимых международных выставках и форумах, привлекая к сотрудничеству специалистов мирового масштаба. Достаточно вспомнить презентацию вин «Тамада» в Киеве, которую любезно согласился провести г-н Жерар Басе – она вызвала настоящий ажиотаж!

Что касается нашей работы в Украине в целом, то, наряду с популярнейшими грузинскими марками, в ближайшее время мы планируем импортировать весь перечень нашей продукции, включая ром MEZAN, игристое Schlumberger, сибирскую водку «Мамонт», арманьяк Clos Martin, эксклюзивный Sotol из Мексики, саке Akashi Tai и многое другое…

 Людмила Волок Александр Щуровский, генеральный директор Marussia Beverages Ukraine: Возможно, наша компания – приятное исключение, но, должен отметить, что поставки нашей продукции в Украину существенно не сократились. Снижение по некоторым наименованиям вин были вызваны избыточным товарным запасом, который образовался у компании в декабре 2014 года. В целом, продажи торговых марок «Тамада» и «Старый Тбилиси» в […]

С собственными торговыми марками рома, джина и текилы «Баядера групп» стартовала год назад, и теперь можем констатировать, что эти продукты на рынке показали фантастический успех.
На какой-то промежуток времени даже возникла мысль, что мы предлагаем рынку «конфетку» и что все потребители только об этом и мечтали. Но в действительности все оказалось не настолько радужным, как ожидалось. Первые полгода мы преодолевали определенное сопротивление, доказывали, что эти марки не только имеют право на существование, но и необходимы рынку. Теперь настал следующий этап – непосредственно продажи, и результаты нас очень радуют.
Собственный импорт и рrivate label
Вот вопрос, который волновал многих: не будут ли конкурировать собственные торговые марки с брендами из нашего же импортного портфеля? Ответ прост: однозначно нет. Передовые западные компании уже давно применяют практику производства продуктов, которые развивают потребление. Однако в данном случае мы создаем напитки, которые не характерны для Украины, которые не могут, в том числе по законодательным нормам, производиться в Украине, именно поэтому мы пошли таким путем: благодаря концепции рrivate label эти продукты доступны гораздо большему количеству потребителей, чем раньше, за счет привлекательной цены.  Больше людей их пробует, больше людей может сказать со временем, например: «О, теперь я стал поклонником джина!». И позже, когда экономическая ситуация стабилизируется, этот человек получит возможность выбора из всего представленного на рынке ассортимента. Так что у рrivate label есть своя абсолютно прозрачная миссия – представляя рынку доступные по цене продукты, способствовать повышению культуры  потребления алкоголя, развивать вкусы и двигать таким образом весь рынок к более цивилизованному и в то же время активному росту.
«Баядера Групп» открыла рrivate label крепким алкоголем, потому что это самые емкие категории, соответственно, когда нашей компанией планируются какие-то новые запуски и так далее, – мы, в первую очередь, покрываем денежные сегменты, а во вторую – начинаем заниматься имиджевыми вещами.
У нас есть определенные стандарты, которые строго соблюдаем в отношении всех новых продуктов. Прежде всего – компромисс между ценой и качеством никогда не достигается за счет снижения качества, у нас установлены очень жесткие ограничители в этом смысле. Это было одной из причин, почему наша компания выбрала полностью аутентичное направление. Хотя производить гибридные напитки было бы, несомненно, проще, да и законодательная база позволяет размещать такое производство в нашей стране. Но в «Баядере» пошли сложным путем – и не прогадали.

Производственная практика
Да, производство и рома, и джина, и текилы пришлось размещать за границей, и не стану уверять, что это было очень просто, отнюдь. Зато, если мы делаем ром, то используем натуральные спирты сахарного тростника. Для джина используем те ингредиенты, которые применяются при изготовлении лучших образцов аутентичного продукта. Ну и основа текилы, как полагается, – это спирт из сока голубой агавы. При таком подходе осмелюсь выразить уверенность, что наши продукты превосходят по качеству даже многие импортные марки, представленные на рынке.
Весь наш крепкий алкоголь разливается на тех же предприятиях, где изготавливается. Производство   контролируется на юридическом уровне, подписанный пакет документов регламентирует все процессы и показатели. В постоянном присутствии представителей нашей компании на этих заводах нет необходимости – мы работаем с авторитетными, уважаемыми производителями, которые известны в своих странах и за рубежом и никогда не станут рисковать репутацией, производя некачественную продукцию.
В Украину нами завозится крепкий алкоголь уже разлитым в бутылки, с акцизной маркой. Технически – это тот же собственный импорт, как и у многих торговых сетей; с той лишь разницей, что наша компания – владелец этих торговых марок. Это значит, что мы можем начать разливать эти продукты в Украине, когда, наконец, будут отменены ГОСТы советских времен, запрещающие делать это сегодня. Можем продавать в других странах наши продукты… Словом, мы свободны в решениях относительно будущего развития собственных торговых марок.

…и ничего лишнего

В какой-то степени «Баядера» стала пионером этого направления, драйвером категории рrivate label. Если для собственного импорта достаточно привезти интересный продукт по привлекательной цене, то для рrivate label этого мало – особенно поначалу. Необходима стратегия вывода на рынок, стратегия развития продукта.
Конечно, если вы производите стабильно хороший продукт, на него стабильно низкая цена – рано или поздно это сработает. Вопрос лишь во времени. Более продуманная стратегия нужна, если цель – развитие продукта и расширение линейки. Наша политика достаточно гибкая, у нас есть несколько путей развития, и в зависимости от того, на какой стадии находится рынок, мы выбираем ту или иную линию работы с продуктом.
Наша маркетинговая стратегия предполагает масштабную поддержку культурных, в первую очередь музыкальных событий в Украине, которые не подходят по определенным критериям для больших брендов. На самом деле, очень много происходит самобытных ивентов, акций, выставок, которые творческие, очень талантливые люди у нас в стране проводят самостоятельно, и мы планируем оказывать им поддержку.
Простота в оформлении этикеток наших напитков с самого начала (и даже на этапе создания) вызывала бурное обсуждение. Такая лаконичность – это взвешенное, совершенно обдуманное решение. То есть мы не придумываем легенду, не изобретаем историю какую-то, – мы просты и открыты. И просто говорим, что это – настоящие напитки из натурального традиционного сырья.

Офф-трейд или HoReCa?

Вопрос – конечный потребитель или HoReCa – перед нами не стоит. В первую очередь, наши продукты созданы для офф-трейда. Более того, это мнение подтверждено многолетней историей развитых рынков. Потому что он-трейд, по понятным причинам, оккупирован компаниями, вкладывающими большие деньги в имидж продукта. Условно говоря, покупатель, приобретая брендовый напиток, в большинстве случаев прекрасно осознает, что он переплачивает. Просто это тот уровень переплаты, который он готов для себя принять. HoReCa всегда будет работать в этом направлении.
Мы же говорим о том, что наш концепт противоположен – предлагаем потребителю доступную, честную цену, свободную от всевозможных имиджевых, маркетинговых «накруток». И такой расчет, как видим, себя вполне оправдывает.
Что касается нашей работы с HoReCa, то мы можем неплохо сработать в «выездном» формате мероприятий, типа всевозможных фестивалей и т.п. Также рассчитываем в будущем на работу с барами, – сейчас просто бум коктейльной культуры. Очень здорово, что это происходит. Есть огромное количество трендов, которые должны сменять друг друга, – это и называется развитием. Такие вещи все потребление поднимают на более высокий уровень, а потом рынок сегментируется – кто-то остается на уровне тонкостей, а кто-то упрощает до необходимого минимума, но этот минимум уже значительно выше, чем был ранее. Например, есть мода на десятки вкусов кофе, множество видов обжарки… Когда от этого потребители устанут, останутся какие-то кофейни, где «авторский бленд» кофе готовят минимум шестью способами, а остальные будут готовить просто эспрессо. Но требования к эспрессо уже никогда не будут такими же, как это было до кофейного бума. С коктейлями то же самое. Мы видим, как растет сейчас популярность уникальных коктейлей с самыми немыслимыми сочетаниями. Когда начнет происходить последующая естественная сегментация, вот тут, возможно, наши продукты и сыграют свою роль, но это еще впереди.

Вина in bulk

Наши рrivate label крепкого алкоголя – пожалуй, самые сложные по работе в Украине продукты.  Но, наверное, самый интересный для нашей страны, и самый инновационный – это, в действительности, вина in bulk. Хорошее вино прекрасно тем, что человек, который начал его пить, очень редко уже будет пить что-либо другое. Тот, кто употребляет сухие вина, к полусладким уже не возвращается, так как этот этап уже пройден, как ступенька в познании вкуса. Он, скорее, откажется от любимых напитков, станет покупать их реже, – но не сменит категорию, не понизит качество того, что употребляет.
Когда в 2013-2014 гг. начался кризис, а с ним – падение курса национальной валюты, стало понятно, что импортный алкоголь, как и импорт вообще, «просядет» сильно. Если раньше разница в стоимости между, скажем, сухим испанским и отечественным винами составляла необременительную для кошелька разницу около 10 гривен, то теперь импортные продукты стали дороже в три-четыре раза.
Поэтому очень важно было заполнить эту продуктовую нишу, которая образовалась в денежном эквиваленте. Оптимальным выходом виделся in bulk, и мы взялись за проект, даже, честно говоря, не представляя, во что ввязываемся. Это было чрезвычайно сложно – по сравнению с той бумажной и законодательной волокитой, через которую пришлось пройти, любое заграничное производство покажется развлечением.
Около девяти напряженных месяцев длился подготовительный период, когда, наконец, мы смогли привезти первую партию in bulk из Чили и начать розлив в Украине. Самое главное заключается в том, что мы абсолютно ничего не делаем с вином на нашем заводе. Только розлив. Вот это была ключевая для нас задача: мы покупаем продукт, и этот же продукт должен оказаться в бутылке, без каких-либо изменений абсолютно. Плюс к этому нами используется холодный розлив, когда вино не кипятится.
У нас одно из лучших производств в стране, необходимые технологические линии к тому времени уже были запущены и успешно работали. Однако приходилось учитывать много новых технических нюансов – условия транспортировки, характеристики окружающей среды и т.п. Мы приглашали специалистов из Германии, которые считаются одними из лучших в мире специалистов по боттлингу, и они помогали правильно отладить производственные процессы. Приглашали и самих иностранных виноделов, у которых покупаем вино, – они нас консультировали со своей стороны. Мы сознательно отбирали виноматериал более высокого уровня, чем предусмотрено категорией, чтобы быть уверенными в результате. Ведь вино – живой продукт, и неизвестно, как оно поведет себя через семь, десять или через двенадцать месяцев в бутылке. А чем качественнее виноматериал – тем он более стабилен, тем дольше сохраняется насыщенность вкуса.о
Мы прошли весь этот путь, и результат радует: теперь на полках есть чилийские вина Cartaval, разлитые в Украине. Пока что это четыре позиции вин из Чили, вот-вот появится линейка австралийских вин. Цена вполне конкурентная, учитывая высокое качество продукции. Этот опыт – не просто бизнес как коммерция, а бизнес в более глубоком, более перспективном понимании. Этот проект – шанс не потерять покупателя, не сократить спрос во время стремительного падения рынка. И то, что нам удалось эти позиции удержать, – это уже победа.
По принципу in bulk в 2016 году планируем вывести на рынок вина Аргентины и Испании. Это оптимальный путь развития важного направления рынка, ведь около 60% всего вина в мире разливается in bulk. И это самое революционное действие, которое можно предпринять с вином. Потому что вино – вещь очень консервативная, традиционная. Однако, если судить по тенденциям, думаю, в ближайшие десять лет нас ждет такая же история, которая произошла в восьмидесятых годах с крепким алкоголем. То есть, само по себе вино может стать уже недостаточно интересным: появятся миксы, коктейли, добавки – и тогда рынок снова будет меняться. Уверен, мы будем готовы к этим переменам. Мало того: думаю, что мы их и начнем!

С собственными торговыми марками рома, джина и текилы «Баядера групп» стартовала год назад, и теперь можем констатировать, что эти продукты на рынке показали фантастический успех. На какой-то промежуток времени даже возникла мысль, что мы предлагаем рынку «конфетку» и что все потребители только об этом и мечтали. Но в действительности все оказалось не настолько радужным, как […]

Людмила Волок

Алина Прокопец, представитель Les Grands Chais de France в Украине: «Наш ключ к успеху – новые предложения и расширение сети импортеров»

Компания с такой богатой историей и сильными позициями на мировом рынке, как Les Grands Chais de France, вряд ли может опасаться больших потрясений даже на столь нестабильном рынке как украинский. Однако такой уверенный рост, который отмечают аналитики рынка в последнее время, вряд ли возможен без активных маркетинговых мероприятий.

D+: Алина, расскажите, пожалуйста, с какими показателями закончился для компании предыдущий год на рынке Украины.

А.П.: Мы отметили достаточно высокие показатели роста. Конечно, свою роль сыграли сильные позиции компании – Les Grands Chais de France входит в пятерку самых крупных винодельческих компаний мира, а среди европейских лидирует как в денежном, так и в бутылочном эквиваленте. В Украине мы представляем большой пакет брендов и стабильно работаем с более десятка импортеров в Украине. В этом году еще увеличили их количество, расширив также сеть сбыта. Продажи нашей компании в Украине в минувшем году выросли почти на 40% за счет расширения работы с сетями.
Около 2-х лет назад к списку наших дистрибьюторов добавилась компания «Укримпорт CV», что привело к очень хорошим результатам: в минувшем году на падающем рынке новые партнеры провели потрясающую работу с одним из наших основных брендов Jean Paul Chenet, продажи по которому выросли почти в 10 раз.
В дополнение к нашим ведущим брендам, легендарным винам, мы расширяем ассортимент – выпускаем новые продукты; а также предлагаем новые рыночные «фишки».

D+: Поделитесь с нашими читателями, о чем именно идет речь?

А.П.: Одна из таких «фишек» – напитки для подачи со льдом. Собственно, мы подхватили идею, которая впервые была разработана Moët & Chandon: они предложили более насыщенное шампанское, которое, попадая на лед, в полной мере раскрывает свой вкус. Но мы пошли дальше: разработали также ряд креманов и игристых вин для подачи со льдом. А затем эту линейку дополнили и другие напитки – например, такое яркое вино как мускат. В Украине отмечаются хорошие продажи этих продуктов.
Из инновационных концепций также отмечу эксклюзивные упаковки с металлическими этикетками. Это шикарный подарочный вариант, вполне подходящий под определение «магии вещей». Планируем эти продукты тоже вывести на украинский рынок.
Мы стремимся дифференцировать наш портфель, предлагая бренды – национальным дистрибьюторам, небрендированные продукты – напрямую сетям, а эксклюзивные шато, домены, редкие регионы – ХоРеКа и винным бутикам.
Что касается антикризисных мер, то совершенно логично, что мы, в первую очередь, стараемся проявлять лояльность и оказывать поддержку импортерам – например, с пониманием относимся к просьбам отсрочки платежей. Также все импортеры сейчас стремятся уйти в максимально низкий ценовой сегмент. И чтобы помочь им держаться, не резко повышать цены, мы разработали ряд продуктов для эконом-сегмента.
Ротация продуктов в нашем портфеле если и происходит, то это, скорее, расширение линейки, потому что мы оставили практически все продукты, но, исходя из ожиданий потребительского рынка, добавили новые – именно из демократичной ценовой категории.
Недавно вывели на рынок новые недорогие продукты – качественные столовые вина. Также начинаем работу с винными напитками, которые сейчас за границей очень популярны. Эта мода постепенно приходит и к нам. Например, «Метро Кэш энд Керри -Украина» уже весьма успешно продает Hugo – винный напиток на основе просекко.
Общемировая тенденция к популярности винных коктейлей приводит к весьма оригинальным сочетаниям, однако отрицать растущий спрос на эти продукты будет неправильным. Мы предлагаем эти напитки сетям напрямую, как более мобильным структурам, исходя из демократичной цены и непредсказуемой реакции рынка.

D+: Это, кстати, это еще одна тенденция: многие сети перешли на собственный импорт…

А.П.: И это особенно касается категории недорогих, небрендовых продуктов. У работы напрямую с сетями есть свои плюсы. Сети более мобильны. Они могут привезти небольшую партию вина и экспериментировать с напитком: пойдет – не пойдет. Период ответа рынка гораздо короче, чем у импортеров, и это огромное преимущество (особенно в условиях нестабильности национальной валюты).
Однако каждый производитель крупных брендов хочет, чтобы его товар был представлен по всем регионам страны. Поэтому тенденция собственного импорта торговых сетей может показаться несколько спорной. Кроме этого, с таким подходом есть риск, что будет снижаться общая культура потребления вина. Импортные вина становятся доступнее, но далеко не всегда в сетях работают профессионалы с достаточным опытом, который позволял бы выбирать для портфеля сети самое лучшее вино за самую низкую цену. А ведь это – особое искусство.

D+: Этот вопрос – развитие общей культуры потребления алкогольных напитков – волнует большинство участников рынка. Вы отмечаете ее рост или, на фоне общего экономического неблагополучия, – снижение?

А.П.: Хотя культура потребления вина и растет, но это происходит медленно. Эти проблемы, конечно, идут рука об руку с экономическими потрясениями. Именно участники рынка должны обучать потребителей, используя все возможные каналы. Прежде всего, проводить обучение своих сотрудников, семинары для HoReCa. Впрочем, так поступают все крупные импортеры. Отмечу, что в последнее время в Украине начал развиваться еще один совершенно уникальный для нас канал общения с потребителями, мероприятия европейского формата – всевозможные фестивали уличной еды. Такие активности позитивно влияют на уровень культуры и гастрономической, и винной.

D+: Один из важных элементов в воспитании такой культуры – создание специализированных торговых точек: алкомаркетов, винных бутиков, гастромаркетов.

А.П.: Это общемировая практика, и, думаю, у нас эта тенденция еще только намечается. Кстати, я абсолютно уверена, что винный магазин обязан иметь в своем ассортименте деликатесные продукты – это логичное сочетание.
Сама концепция – вино и деликатесы – распространена во всем мире. Как сторонний наблюдатель, удачным проектом я бы назвала Good Wine – здесь мне нравится уровень профессионализма и подбор продуктов. Недавно в Киеве появилась сеть бутиков OK Wine, которая тоже выглядит весьма многообещающе. Они выбрали концепцию месторасположения возле дорогих жилых комплексов. В этих бутиках тщательно подобран как винный ассортимент, так и ассортимент гастрономических товаров.
Я считаю, что каждый импортер должен иметь хотя бы несколько винных магазинчиков, чтобы иметь возможность продавать свои эксклюзивные продукты и пробовать новинки рынка. Это один из самых верных путей к успеху.
 

Людмила Волок Алина Прокопец, представитель Les Grands Chais de France в Украине: «Наш ключ к успеху – новые предложения и расширение сети импортеров» Компания с такой богатой историей и сильными позициями на мировом рынке, как Les Grands Chais de France, вряд ли может опасаться больших потрясений даже на столь нестабильном рынке как украинский. Однако такой […]