Редактор D+ пообщался с Дэни Роллан. И оказалось, что супруга самого популярного «летающего» консультанта Мишеля Роллана – сама блестящий энолог и при этом – воплощение французского шарма и женского очарования. А еще – что вторым своим домом чета Роллан считает Аргентину.
Drinks+: Г-жа Роллан, вы с месье Ролланом – не просто энологи-консультанты, но и владельцы виноделен – во Франции, Аргентине, ЮАР и других странах. Эта страсть к виноделию – семейная традиция?
Д.Р.: Моя семья не имела никакого отношения к винному бизнесу. Во время учебы я познакомилась со своим будущим мужем Мишелем, родители которого владели виноградником на протяжении 7 поколений. Как энологи, мы с Мишелем стартовали с покупки лаборатории, одной из самых известных в Жиронде. Кроме того, как раз в 1983 году мы познакомились с Робертом Паркером. И вот в 80-х Мишель получил предложение о консультации в Аргентине.
D+: Вот интересно, как Мишелю Роллану делаются подобные предложения?
Д.Р.: Ну, тогда все было очень просто. И слегка забавно. В 1988-м Мишелю позвонил некий владелец винодельни из Аргентины. Ситуация была комичной, потому что он практически не говорил по-французски, при этом ни он, ни мы – недостаточно хорошо по-английски. Мы поняли лишь, что его зовут Арнальдо и он звонит нам с просьбой – хочет создать лучшие либо абсолютно другие по стилю вина, чем те, что он производил, потому что задумал продавать их на американском рынке. Мы не были уверены в серьезности этого предложения, но решили: даже если это не выльется в серьезную работу, то будет прекрасное путешествие в страну танго! Тем более, что поездка намечалась на февраль. А в Аргентине это лето 🙂 .
D+: Рискованно! Лететь на другой край земли… Настоящее приключение!
Д.Р.: О, да! История была увлекательной и полной сюрпризов. Когда мы прилетели в Буэнос Айрес и добрались до забронированного отеля, там нас ждала лаконичная записка: «8 утра в вестибюле». А уже через несколько часов после этого мы встретились с братьями Этчар. Но никто из них не говорил на французском. К счастью, у них все-таки нашелся друг, который помог с переводом. Ну, а уже на следующий день нам предстояло лететь на северо-запад, в Сальту, а затем добираться до Жужуя.
D+: Каково было первое впечатление от Аргентины?
Д.Р.: Нас поразили почти космические пейзажи, каньон с его многоцветными скалами – все семь цветов. Это был кардинально иной мир: чистейший воздух, вершины гор, обветренные и улыбающиеся лица индейцев, гуляющие у подножья Анд ламы. Кактусы. И много света! Наконец показалась Bodega Etchart, где нас приветствовала потрясающая – большая и любящая семья Этчар. Мы до сих пор с Мишелем вспоминаем эмпанады Мины, которые мы тогда попробовали в сопровождении бокала белого вина с почти эльзасским, но экзотическим носом. Тогда мы открыли для себя Торронтес*! Так началось наше аргентинское приключение. И долгая дружба с семьей Etcharts, которая выйдет за рамки консультаций семейного винного погреба.
D+: К слову, о дружбе. Расскажите, пожалуйста, о Вашей дружбе с Catherine Péré-Vergé – ведь вы вместе работали не только в Помероле, но и в Аргентине.
Д.Р.: Катрин Пере-Верже была для меня, Мишеля и наших дочерей замечательным другом. Когда она решила инвестировать в Pomerol, то начала с шато Montviel. Мы также сотрудничали в проекте по созданию универсального бокала, и в результате принадлежащий Катрин стекольный завод выпустил разработанный нами бокал под названием Oenologue. Это было 25 лет назад. И когда я предложила Катрин инвестировать в Аргентину, она сразу отозвалась: «Хорошо, давай». Она была первой, кто поверил в наш аргентинский проект. И, кстати, первые урожаи Val de Flores, а также Clos de los Siete, вплоть до 2009 года мы винифицировали именно на винодельне Катрин Пере-Верже, в винном погребе Монтевьехо с помощью энолога Марсело Пеллерити.
D+: Вы основали в Аргентине ряд выдающихся винодельческих хозяйств, некоторые вместе с партнерами. Как происходит выбор виноградника?
Д.Р.: Мы просто влюблялись в места, людей или терруар во время всех наших путешествий. Мы начали с Аргентины, а теперь это наш уникальный лучший проект. Мы производили собственные вина в Южной Африке и Испании с помощью совместных с партнерами предприятий, но сейчас сосредоточены, в основном, на аргентинских проектах.
D+: Расскажите о них, пожалуйста.
Д.Р.: Пожалуй, начну с выдающегося проекта – Yacochuya, а затем San Pedro de Yacochuya, созданных с семейством Этчаров в Сальте, с чего и началась наша любовь к Аргентине. Эти вина производятся небольшим тиражом со старых лоз Мальбека (некоторые датируются 1915 годом) и небольшой доли Каберне Совиньон. Виноградник Yacochuya считается одним из самых высокогорных в мире. Это чрезвычайно красивое место в нескольких сотнях километров к югу от тропика Козерога, на высоте 2035 метров. Отличается специфическим климатом с чередованием жарких дней (36 ºC) и прохладных ночей (12 ºC). На этикетке вина изображен кактус, характерный для местного ландшафта. И подпись Мишеля.
Чем больше времени мы с Мишелем проводили в этой стране, тем больше хотелось понять ее терруары, работать над новыми винами. И даже жить там… И в конце концов была основана Bodega Rolland и один из самых статусных брендов – Clos de los Siete. В проекте мы объединили несколько винодельческих семей из Бордо и 850 га виноградников. Поместье находится в коллективном управлении и разделено на отдельные участки, но каждый вносит свой вклад в развитие флагманского вина Clos de los Siete. При этом каждый независимо производит собственное вино под своим собственным именем в собственном винном погребе. Мишель консультирует всех наших партнеров. Первые виноградные лозы на этих виноградниках были посажены в 1999 году, а первый релиз Clos de los Siete вышел в 2002 году.
В рамках коллективного проекта мы основали бренд Mariflor. Как говорит Мишель, Mariflor – это одновременно «место, вино и концепция». Виноградник Марифлор, расположенный рядом с уже знакомым нам участком Валь де Флорес, получил свое название (дословно «Цветок Мария») от наименования местности, и в честь нашей дочери Мари. Она не только помогает нам в виноделии, но и увлекается фотографией. Надеюсь, ваши читатели смогут их оценить и понять: вот почему мы влюбились в Аргентину!
Виноградник расположен на высоте 1100 м над уровнем моря. Площадь почти 100 га, из них 60 га засажены Мальбеком, Каберне Совиньоном, Сира, Мерло и Совиньон Бланом. На 4 га Марифлор с 2002 года выращиваем Пино Нуар. Почвы смешанные – песок и глина на каменистом пласте, экспозиция в основном восточная. Ирригация строго контролируется, используется только чистейшая минеральная вода из горных источников Анд. 2 га Марифлор – Совиньон Блан, высаженный в 2003 году. Первое вино с лоз Марифлор, на 100% из Совиньон Блана, было произведено в 2006 году. Здесь выпускается ряд прекрасных вин, в том числе Mariflor Pinot Noir и миллезимное вино Mariflor Camille, названное в честь нашей первой внучки. К слову, в Top Wines of Mariflor в честь каждого из наших внуков – кроме Камиллы, это близнецы Артур и Тео, Рафаэль и младшая Джулия – создано особое кюве: с разными сортами винограда и высоким качеством винограда, каждое из которых выходит тиражом 3000 бутылок/год. Bodega Rolland производит вина: Mariflor, Val de Flores и Yacochuya, но в совместном производстве и в небольшом количестве.
D+: Какой, в принципе, Ваш любимый сорт – если смотреть глобально, без привязки ко Франции?
Д.Р.: Мой любимый сорт – Мерло. Но люблю также Каберне Фран из Бордо и Сира из Восточной Франции. Вообще, в мире так много хороших вин и такое разнообразие великолепных сортов. Достаточно вспомнить Мальбек в Аргентине!
D+: Работаете ли с так называемыми натуральными винами, дикими дрожжами? Что думаете об органике и биодинамике?
Д.Р.: На данный момент мы сами управляем органическим хозяйством Val de Flores в Аргентине. И с дикими дрожжами работаем на всех винодельнях, кроме тех случаев, когда климатические или особые проблемы требуют применения других.
D+: Вас с Мишелем называют идеальной «винной парой». Общие интересы в энологии упрощают совместную жизнь или усложняют?
Д.Р.: Мы работаем вместе 47 лет… Сложно сказать, это было сложно раньше или сложно сейчас. Каждый из нас – личность, однако мы очень дополняем друг друга.
D+: Вы являетесь акционером компании Rolland Collection Limited. Как сейчас развивается этот бизнес? Как формируются цены на вина и кем?
Д.Р.: Rolland Collection – семейный бизнес, и наша старшая дочь Стефани отвечает за управление. Все ценообразование обсуждается и фиксируется с учетом стоимости производства и ситуации на конкретном рынке для всех виноделен.
D+: Какие вина создаете сегодня?
Д.Р.: Мы пытаемся понять все терруары на всех высотах и широтах, и адаптировать их к замыслам, используя наши знания.
D+: Благодарим Вас за ответы на все наши бесчисленные вопросы 🙂 и время, уделенное нам!
Досье D+
*Торронтес – редкий локальный сорт для Нового Света, куда большинство лоз завезли из Европы. Считалось, что он рос здесь еще до прихода испанских миссионеров, но исследование показало, что торронтес – кросс, возникший путем перекрестного опыления Муската и красного сорта Mission, доставленного на континент Кортесом. В аромате – цветы, экзотические, тропические фрукты, пряности. «Сладкий в начале и горький в конце – как сама жизнь», – так о нем отзываются сами аргентинские виноделы. Лучшую органолептику дают лозы Торронтеса на высотных виноградниках Сальты.
Редактор D+ пообщался с Дэни Роллан. И оказалось, что супруга самого популярного «летающего» консультанта Мишеля Роллана – сама блестящий энолог и при этом – воплощение французского шарма и женского очарования. А еще – что вторым своим домом чета Роллан считает Аргентину. Drinks+: Г-жа Роллан, вы с месье Ролланом – не просто энологи-консультанты, но и владельцы […]
